Саша (deankorrl) wrote,
Саша
deankorrl

Categories:

самая страшная книга в моей жизни

..Это Липкин-Дивинский Геннадий > "Каламбуры и игра слов". Тот случай, когда каламбуров слишком много...Целых 135 страниц. А хватило бы и пары строк. То есть мне хватило пары страниц, чтоб понять, что я никогда сей шудевр не дочитаю, нужно быть сверхчеловеком, чтоб осилить это до конца...Вот только во имя чего такая жертва?
(тем временем ищу книги Габриэль Витткоп. Куплю или поменяю на что-нибудь из своего:) Вот вам один из котов, который на деле не кот, а "Человек и Большой пес (или женщина, какая разница?)" художника Билла Трэйлора:


Bill Traylor's “Man and Large Dog (Verso: Man and Woman),” circa 1939-1942, at the Smithsonian American Art Museum.

Отрывки, страницы 4-5:
Фау2на

Шёл Лис лiсом. Глядь "воронок" а в нём– Ворон с воронкой; барон Баран за баранкой; графин с графиней (или наоборот). "Мой Крот банкрот!– воскликнула та. А Бобра Ли обобрали! Раньше у него денег куры не клевали, а теперь их, как кот наплакал. Я стала бедна, как церковная мышь! Что скажет моя мать Гора, родившая меня?" "Тише, Мышка, Кроту– крышка, а его кротятам– "вышка"!– закаркал Ворон" "Ворон ворону глаз не выклюет. Ужас! – зашипел Уж-ас. Ползти по лжи полжизни, чтобы потом потерпеть фиаско! Пришла беда, открывай ворота. Вы, Мышь, лены" "Да, уж!– откликнулся Лис. Чем дальше в лес, тем больше дроф" "Ха, миллионы коту под хвост!"– з/лорадствовали Хамелеоны. "Ох, хамелеоны! Охамели оны!"– фыркнул Кот Д’Ивуар. "Не тяни кота за хвост, объяви им бой, Кот!"– посоветовал Лис. "Не всё коту Масленица"– отозвались Хамелеоны. "Примите мои соболезнования!– сказал Соболь. (Козе) "О, Коза! Даю око за око/рок!" "Казалось бы, к чему эти разговоры?"– промямлили Коза, Лось, Бык, но их перебил Волк (из ружья) "Что, откинули копыта/листы млекопытающие!? Двустволка кормит волка! Впрочем, ЗмейГо/рыночные отношения не по мне. Кругом одни Плохищники, Горгонытюа и Декабрьазы" Узрев бойню, Сорока задала стрекача, стрекоча: "Приятного вам волчьего аппетита! Волка ноги кормят. С волками жить, по-волчьи выть" "Откуда ты всё это знаешь?"– поинтересовался Волк.
"Сорока на хвосте принесла– ответила Сорока. У нас в израйльском госпитале "Сорока" больше сорока сотрудников и все всё знают" "Я тоже хочу всё знать"– сказал Волк. "Забияка, забей яка!– тявкнул Волку Лис– ami за кулисами. Ты в этом деле собаку съел. Впрочем, как волка ни корми…" Гавкала псина Гоги близ синагоги: "Я же лаю вам у дачи! Меня недавно арестовали за ношение оружия; я держала хвост пистолетом, т.к. мне вожжа под хвост попала. Но я не убежала, поджав хвост. Не верите; спросите у щенка Ющенка. Кстати, о щенках; укусил клещ щенка Лещенка. Энцефаэлитный" "Единожды солгав, гав– ответствовал тот, кто тебе поверит!" "Я не я, и хата не моя. Моя хата с краю, я ничего не знаю. И вообще, мой дом, моя крепость и полная чаша" "Олень-батюшка!– возопил Енот Гуг– гугенот. Защити меня в эту ночь святого Варфоломея! Ору же я, так как не имею оружия" "О, лень– матушка! – вяло отозвался увалень. "Так вот ты какой, северный олень!" Петух Еноту: "Это же Эпикурам насмех! Ты позоришь наш курень. Не будь мокрой курицей! Сourage! Предъяви им Е-ноту протеста! Заставь Кука реку выпить! (Каплуну) Если Гон-куры и Диос-куры– братья, то мы с тобой– сёстры. Будем строить куры и отстоим Курляндию и Курдистан!" "Петух ты гамбургский, петушара!– дал петуха Каплун. Ты разве не знаешь, что курица– не птица, яйца курицу не учат, и что цыплят по осени считают?" "Я требую сатисфакции и вызываю тебя на петушиный бой где-нибудь в Куршавеле или на реке Кура!"– прокричал Петух. "Ни пуха тебе, ни пера!" Подкатили они к избушке на курьих ножках. В этом птичнике куры неслись… вдаль. Шёл забег на длинные дистанции. "Кто-кто в Тюремке живёт?" "Я"-откликнулся с нар Котик по кличке Наркотик. "Я– Краб, сижу за драку; я надрал зад Раку. Держи краба!" "Я– Коза Ностра. Крёстный отец меня лупит, как сидорову козу" "Я– Мерлан Тамерлан" "Я– Ягуар Гайдар" "Я– Леопард Леопарди" "Мы– Кукушка-Баку-Кушка и Царевна Лягушка-Квакушка Москва-Кушка– путешественницы" "Я– Зяма, Скворец Зямоскворецкий" "Я– Ехидна ехидная" "Я– удав Боа, друг Рокки Бальбоа" "Я змея гремучая, я змея, шш, умная. А была дремучая, глупая и шумная" "Мы– два косолапых недоумка; Умка– медвежатник и Мишка– Куцый умишко. Мы снимаем здесь медвежий угол, куда нас поочерёдно и ставят" "Мы– двое страусят, что никогда не стр(а)усят" "Мы– пинд Осы и нат Овцы" "Мы– два весёлых гуся; Гусь Хиддинк Хрустальный и Гуса'к Гу'сак" "Мы– две синих куры из синекуры" "Моя– Барана с Альдебарана. У нас есть киностудия "Баррандов" Но вернёмся к нашим баранам" "Моя– Кабана из Азкабана. Я голосовал за Гризли, но они меня загрызли" "Я– Бизон из деревни Барбизон, что во Франции" "Я– барс барский" "Я-нФ Лемминг" "Я– юный Ле_ни_вец" "Я Вол конский, князь Волконский" "Я– ПанТерра Инкогнита" "Я– Скунс– потаскун-с с Кунс(т)камеры" "Я– Кот Матроскин, правнук матроса Кошки. Мой дядя– Кот Овский. У меня на душе кошки скребут от того, что мы здесь живём, как кошка с собакой, словно между нами пробежала чёрная кошка" "Я– Собака с Абакана. Звать Пёс Пёстрый. Муж Фимы Собак. Меня знает каждая собака, что насобачилась гавкать, как собака на собачьей свадьбе, где царит собачий холод, и играют Собачий вальс. Их там, кстати, как собак нерезаных. Я знакомил сабак, кум, с Абакумовым, который знал, где собака зарыта, и жил под лозунгом: "Собаке, другу человека, с её собачьей жизнью– собачья смерть!" А я ему сказал, что это чушь собачья. За это на меня и навешали собак, кои мне нужны, как собаке пятая нога, и коих я люблю, к чертям собачьим, как собака палку. Я устал, как собака. Но это не ваше собачье дело" "А я– Жаба Джабба в жабо из Пенджаба" "Я– Сом Али из Сомали" "Я– Жужелица. Я ж уже лица" "Я– Муравей из МУРа" "Мы– скот из Скотланд-Ярда" "Я– Тур– оператор" "Я– рыба Фугу, что играет фугу Баха" "Мы, Аквари/умные рыбки" "Мы– птенцы гнезда Петрова и птенцы Керенского" "Серна я по кличке Кислота" "Гнедая гнида я. А ты-ловая Крыса?" Нет, я– Ворон. Я перестроил Ласточкино Гнездо в Ворон/цовский дворец" "Вор он; у бедных ворует медь ведь!"– рявкнул Медведь. "Красть у бедных вор робей!– прочирикал Воробей. А за тобой, Мышка– Закон Нарушь-ка, идёт "наружка" Хвост за собой, говорю, привела. Менты упали тебе на хвост. Они на хвосте" "Мышь– ли? под грохот канонады. Мыш/мерти шмотрели в лицо!– пропищала мышь. Ара, попугай их..!" "Хоть вы здесь и спелись, но ваша песенка спета" На кухне Тюремка пахло жареным. Monkey из манки лепила манки' Антилопа Гну/ла баранки в бараний рог Наде на десерт. "Крепче за баранку держись, ша'фер!"– пропели, гнусавя, Гну, Сом с Гнусом. "Отвари потихоньку калитку…"– провизжала Гну Свинья кулинарный рецепт. Гусь Свинье: "Не то варишь! И не надо мне подкладывать свинью, пжлста!" "Тамбовский волк тебе товарищ! У самого рыльце в пушку"– хрюкнула Хавронья. "Это свинство! Мой тебе совет; не дразни гусей! Гуси Рим спасли" "Да ничего с тобой не сделается; с тебя ж, как с гуся вода" Гриф– Сове: "…ршенно секретно! Видел кита я у берегов Китая. Сова, ты знаешь, китов раса ведёт свой род от Китовраса" Сова: "Ха, видела мента я, жрущего минтая. Он непутёвый мусорок" Корова: "А я видала, му, сорок. И поляка, съевшего пол яка. Это дикий, Мань, як. Он опасный маньяк. Якшается с Як Удзой. Ещё я видела двух яков; Яков Михалыча и Яка Йолу. Оба Яшки– обаяшки, коренные итальяшки!" Гриф: "Я видал, как половцы съели дружно пол овцы. Вечно вы, совы, высовы/ваетесь!" "У сов есть сов'есть!– парировала Сова. Была я в России. Отдана вся власть Сове там. Есть там и театр сов; "Ременник" называется. Ca va?" …На сцене Тюремка шёл спектакль Театра Вахтангова "Танго мустангово" Двор играл короля. Но король пришёлся не ко двору, т. к. был голым. Зрители слушали шутки Мишутки и говорили ему: "Шутки в сторону. С нами шутки плохи. Шутки шутками, но могут быть и дети" Говорил Панде ректор, что велел пан директор. В фойе сипел поп Ка(ка)ду-Рак: "Ехал через реку грека– водник. Был он браконьер и греховодник. Видит грека– в реке рак. А на безрыбье и рак– рыба…" Пока он пел частушки, повар начинил часть тушки. То была тушка тушканчика. Детёныши вомбата пели: "Вомбат– батяня, батяня– Вомбат" Креветка тянула: "Креве/та стогне Днiпр широкий" и "Я за тебя моллюськ, я за тебя боюськ" Но всех перепел Перепел. Под его побудительный мотив о перипетиях и перепи'тиях, Марал марал холст. Художник Птициан рисовал приглашённых. Маляр Малер, больной малярией, сгущал краски. Му-Му писала мумуары о том, как Герасим её любил по максимуму. Изюбрь изюбражал изюбретателя Изю. Окапи читал лекцию о капитализме. Жевала страницы отара, читая в хлеву мемуары Отара Читая (грузинского певца) Толкал речь Вол о Ките и волоките. Кулан декламировал "Бородино" Лермонтова: "Куланы с пёстрыми значками, дра– гунны с конскими хвостами" Медведь оказывал медвежьи услуги; наступал на ухо гостям, на горло их собственным песням, на пятки и на мозоли, а также заключал их в свои медвежьи объятия. За это ему давали на лапу, чтобы он её сосал. "Чьи в лесу шишки?– спросил Топтыгин. Давненько я не брал в лапы шишек– сказал он, садясь за игральную доску. Кинг-Конг играл в пинг-понг. Обе/зьяны обезьянничали в обезьяннике. Таёжный ёж ёжился и выёживался. Ежу понятно, что не за просто так. Бычки курили бычки. Тритоны подняли три тонны. Показывал жало жалобщик. Ему жало брюшко жало. Он жалел всех тех, кого жалил, и слёзы сверху на ужа лил. Дичь несла дичь. Прохвост рассказывал про хвост. Кобра призывала к образованию. Краб призывал к рабству и показывал, где раки зимуют, говоря: "Как дам в лобстер!" "Своя ноша не тянет"– говорил Кенгуру о Кенгурёнке, выглядывавшем из сумки матери. Пара гнедых ржала: "Были когда-то и мы рысаками. И кучеров мы имели… А они нас и в хвост, и в гриву" Крыса пищала: "Вечер коснулся крыс, тороплюсь за водой" и "Окрысился месяц багрянцем" а также "Ты постой, постой, крысавица моя" "Я один слон/яюсь по двору"– трубил Слон. Непарный шёлкопряд тянул своё: "Шёл к опряд по берегу, шёлк издалека" Разноцветный Осьминог пел зверям про ось миног. Показали фильм о пеликанах, что пели в Каннах… Филин носил тфилин– иудейскую накидку. По потолку бегали солнечные зайчики. Волк посмотрел на них волком, погнался за ними и, нахватавшись их, зарычал: "Ну, зайвцы– мерзайвцы, погодите!" Это относилось также к Дэвиду Зайасу, американскому актёру, и Инге Зайонц, подруге детства Остапа Бендера. Но Волку вручили волчий билет, сказав: "Волков бояться– в лес не ходить" "Работа не волк, в лес не убежит"– парировал Волк. В Тюремковском университете Тетерев токовал. Звери сдавали ему хвосты по темам "Ток" и "Овал" "Точность– вежливость кролей"– сказал Кролик. Звери роптали на Слона: "Нас на Бобу променял. Целу ночь с ним провозжался, сам наутро Бобой стал" И сказал тогда Слон им: "Машу я люблю Слоним" Сурок бежал с урока. Горилла горіла. Комар плясал "Камаринского" со своей камарильей, да так, что комар носа не подточит. Угри давили угри. Мушки Тёры давали уроки фехтования. Получил приз Рак, что вручил Призрак. Скаты спускали скаты. Открывали ящик Панд Доры. Белка и Стрелка вертелись на центрифуге, как белка в колесе. Лайка в лайке лайкала. Лось Инны носил лосины. За money Вали заманивали в казино Тюремка, где крупье кидал через пень колоду карт и метал бисер перед свиньями. "Будь осторожна!– шепнула Свинья– Копилка товарке. Его бисер меченый. Видишь, у него денег куры не клюют. Значит купюры не настоящие. Шиншиллы в мешке не утаишь" Очко сыграло… в "очко" получив очко в свою пользу. Полосатый бурундук проиграл в буру рундук. Моржу дали маржу. Тритон держал притон. Был День Лентяя. В этот день КоньГресс подписал коньституцию и дефлорацию прав человека. Верзила Годзилла праздновала Год ЗИЛа. Все остальные праздновали труса. Не праздновал только сук кот, т.к. был суккот. Гости смотрели ласточкино кино и слушали радио Лярии. Аистократия заняла лучшие места в зале. Осу ждали и осуждали. Когда же она появилась, все воскликнули: "Оса, какая у вас осанка! Ос Колька нам открытий чудных…" И оса выпала в осадок. Крысы бежали со стонущего корабля на бал. Чиновники устроили бумажную волокиту; гибрид Вола и Кита. Пища на столах пищала. Праздничное меню было следующим: уха из Демьянова у'ха, ав/томатный суп, набор на борщ: приправа к уриному бульону, барсучий потрох, пушечное мясо, пареная репа, пупы с пупырышками. Закуски: сервеЛат Вия, антисо/ветчина, масляные глазки, уст устрицы, куриная слепота, су'ши с суши размером с уши, жареные на компостном масле факты, отрезанный ломоть, кукиш с маслом, горе луковое, крабовидная туманность, студень "чешский" студенческий, перепи'леные крылышки мокрой курицы, козья ножка с козьей мордой, го/рачьи головы и би/точки, африкадельки, телячьи нежности, выеденное яйцо, коровьи лепёшки, cochèreная дверь, каша в голове на кре/постном масле, удила для закуски, сыр "Бор" сыр "Ё" мерт/ветчинка, хачаПури/м, печё/ночная колбаса, бобы Ли– бобыли, сельдь с сельдереем, кипа/рисовая и берёзовая каши, фуа гра "Ция" Десерт: груши от Груши' малина воровская, мандаРина Зелёная, сладкая парочка, лакомый кусочек, конфеты "Мышка на сервере" медовый месяц, крепкий орешек, яблоки, глазное и адамово, гроздья гнева, фиги в кармане, сладкий запретный плод, плоды просвещения, облепихтовое масло, желе из ягод Иц, сахарный… диабет, пираминдальный кекс, крем "Лёвский", па/мятные даты. Напитки: во/сточные воды, джин даль/тоник, па'рное и высокопарное молоко, морс "Кой", настой "Настойчивый", байковый чай и полиповый чай c мятой… салфеткой, седьмая вода на киселе, сливки общества, коктейль Молотова "Кровь с молоком" в смеси с имбирным сибирским "Симбирским" и царской водкой из львинного погреба. "Вот вам пища… для размышлений: Голод не тётка. На чужой каравай рот не разевай! Не путай божий дар с яичницей. Первый блин обкомам!– торжественно объявил светский Лев. Прейс/куранты кремлёвские! На первое у нас– наглость, на второе– счастье. Дорога' к обеду ложка, ну а после– неотложка. Помните; объедки едки, а гуща всемогуща. Так что не ешьте рыбу, что гниёт с головы. Если вы ослаблены, кушайте осла блины. Пейзажист, пей за жисть! Пьёшь чачу с бренди? Смотри, не сбренди! Ешь пиццу, манты; знать, наркоман ты. Ты, смотрю, Али, gaté, с мёдом пьёшь Алигатэ. Кашу маслом не испортишь. А заварил кашу– расхлёбывай! Впрочем, с вами кашу не сваришь. Знайте, кто не рискует, тот не пьёт шампанского. Мы провели перечень перечниц, как старых, так и новых, а также солонок Солона из салона, чтобы они не провели нас и не насолили нам. Хочу предупредить; курятина и цыплёнок табака опасны для вашего здоровья!" Потом/ки ели суп с котом/ки. Ели пекари пека'ри с булочками из теста, замешанного в… преступлении. Пловцы ели плов Цы. Пловцы, ловцы овцы не ели. Печенеги ели печень неги. Финикийцы ели финики. Глупцы ели голубцы. Пассажиры ели пассажирную пищу. Атлеты жевали котлеты. Толстушки ели тушки. Соплюшки ели плюшки. Глупышки ели пышки. Артошка ж ел "картошка" У пираний был пир ранний. Для них открыли бар ранний "Бараний" Туристы ели "Завтрак футуриста" Жар-птица клевала носом… жар-пиццу. Пеликан ел пеммикан. Камнеед жевал череп-пиццу. Мамлюк, имам Мамай, ел мамалыгу и мясо мамонта; папуас в папахе с папиросой– папайю и папоротник. Первый сказал второму: "Втуне, жалкий тунеядец, кушай туну; в туне ядец! Сможешь съесть четыре (four-англ.) туны, станешь баловнем Фортуны!" "Выпьем под сардинку под сурдинку!"– предложил папуас. "Не видишь; я выпь ем!"– отрезал Мамай. "Ох, уел ты меня!"– отозвалась выпь. "Дай, помолюсь-ка, и я примусь за моллюська, что из дома Люська принесла" Папуас принялся за рыбу. "Ты что такое?"– спросил он у того, что лежало на блюде. "Я Сом с усом"– важно ответило оно и запело: "В своей любви, как в Неве Сом Ости" "Так это ты, Сом?" "Не, не я" "Разве?й мои сомнения. Меня не обманешь; ты рибаСома, однако" "Это ты рибосома! А я Царь-Рыба!" "Только без обид, а, Сом? Я артист Обид Асом…" "Глазки скорее, Сом/кни! Спи, моя радость, ус/ни!" Интересно, служил в ГБ ль Сом с Геббельсом?" …"Ви– негр?"– спросил Уксус у того, кто сидел за столом. А я– Vinaigre по-французски, родственник Винегрета. Его ещё зовут– в винеГретта" Жаба обратилась к плоду на столе: "Ты-ква из Мос-ква в ква-шенной капусте? А я сестра ква-кера Ква-зимодо. Ты не аде-ква-тна. Я тороплюсь; меня ждёт ква-дратная ми-ква а-ква-риума в моей ква-ртире" "Мне налей побольше виски! Пить, так уж "по-большевисски"– промяукал Кот, кушая "Вискас" Были отмечены случаи каннибализма. Так индейцы ели индейку, корейцы– корейку, греки гречку, а все прочие– фАссоль. Один каннибал даже ел… глазами начальство. "Я полякомлюсь здесь поляком, Люсь"– сказал он, и с упоением, занялся супое…нием. "Вы сердцеед?"– спросили у него. "Нет, я только разбиваю сердца, а едят их другие. Хотя ничто человеческое мне не чуждо"– сказал Людоед, высасывая мозг из чьей-то головы. "Я буду умненьким– благоразумненьким, как Буратино" Рядом с Людоедом сидел Вешатель лапши на уши… Колобка засунули в печь, и он "спёкся" "Я спалился. Меня допекли и упекли– простонал он. Я стал чёрствый, как сухарь" "Как ты докатился до такой жизни?– издевательски спросили его. Вы, мучные, все такие вымученные?" "Блин, да мы из одного теста. В вас тоже есть тесто/стерон. Я пекусь о вашем здоровье. Да я за вас, нахлебников, в лепёшку расшибусь, а вы дразнитесь. Хлеб– всему голова. Меня "замесили" жених и невеста, но я от них ушёл, когда они состарились. А всё потому, что я ушлый" "Ну ты и кекс, крендель, тёртый калач! Ты на кого батон крошишь? А ну, шевели булками, катись отсюда колбаской к границе бас(к)ской!" "Да ни за какие коврижки!" …Хава хавала, Пенелопа лопала, Гаркуша кушала. Ева еwа, уминала две облатки люминала. Еw гений Евгений. Актёр Кьюба Гудинг ел пудинг. Некроманты ели манты из мяса манты. Ели манку/нианцы. Юсуп ел суп. Насыр ел сыр. Таджику подали аджику. Бюргер жрал бургер под вывеской "Жуй, буржуй!" Кяфир (неверующий, иноверец– араб.) пил кефир. Жевал Пржевальский. Сайрус ел сайру с хлебом. Оли въелись в оливье. Жаны ели баклажаны. Александр Мень жевал пельмень. Савва Кулиш ел кулеш. Сергей Фареник жрал вареник. Тутанхамон жевал хамон. Игорь Скляр макал хлеб в кляр. И просил тупицу подать ему ту пиццу. Кормило кого-то кормило. Толстушки ели тушки. Соплю-шки ели плюшки. Глупышки ели пышки. Артошка ж ел "картошка" Ольга Голодец ела холодец, и просила нимфоманку скушать манку под шарманку. Веру истошно… стошнило. Как грибы после дождя, лезли грибы из Веры, а так же рибы и зверы. Только съели обед Нелли, сразу обе обеднели. Качки' и ка'чки ели шпикачки у водокачки, там где шли скачки. Пауки= ликозиды кушали гликозиды. Филимон сосал лимон. Тим, Ян жевали тимьян. Я предложил: "Напитки на-а, Питкина!" Пил Рассол Гамзатов. Баль– зам. пил бальзам. Горностай пил с гор настой. Ацтеки пили эрзац текилу, Михаил Ромм– ром, Тарзан– нарзан, Ивасик– пивасик, гипертоник– гипер тоник, дальтоник– "Даль" тоник, Кума Ники– морс из куманики. Барби пила барбитурат. Страус Эму– эмульсию. Один отпетый хулиган пил воду фирмы "Сulligan" Армани, из ЮАР маньяк, прям из горла' пил арманьяк. Сивучи набрались самогонки, от коей шёл сивучный запах. "Соловья баснями не кормят"– икнул осоловело Соловей, по кличке Разбойник. "Ах, какая качка на реке Качка!– воскликнула Утка=Качка Безобразие, превратили птичий рынок в птичий базар, куда занесли птичий грипп!" Ей поддакивали газетная и больничная утки. "Простит утка– думал Селезень, простит меня за то, что я напился? Не, кроме; шш; уток! Ну, что вылупился?– спросил он у глядящего на него, только что вылупившегося утёнка. Я не твоя мама" Член семейства членистоногих выражался нечленораздельно. Назойливая Муха была под мухой; носилась мухой, как угорелая. И какая муха её укусила? А всё потому, что она "залетела" Она думала, что её хахаль даже мухи не обидит. А он сделал из мухи слона… в посудной лавке. "Уж, замуж невтерпёж!"– шипела Ужиха. "Я зам. уж и зав.ТРА"– ответствовал важно Уж. "Так значит, завтра?"– обрадовалась Ужиха. Мой суженный суженый, власти удосуженный, поделись со мной лягушкой. Нет? У, жадина– ужадина!" Свинья: "Чьи псы съели чипсы? У меня к сену фобия!" Корова: "Помои, му-у, по– моему и Сомерсету Моэму, такая муть! Я сейчас поем, му-у, и сяду за поэму с названием "Утро вечера му-у, дрянней" Со мной пой, му-у; пойму по'йму" "Чья бы корова мычала"– подумала Свинья и напилась, как свинья, до поросячьего визга, хрюкая: "Не знала баба хлопоту, та й купило порося" Мышь, Як пили мышьяк. Конь, Як пили коньяк. "Я лишь на треть-як"– признался второй первому. "Так и я третьяк, только в хоккей не играю" Рыба Пила и пилила мужа и деньги. Красивая, но плаксивая Кобыла ржалавалась спесивому Мерину: "Ах, какой Буцефаллос у Коня Македонского! У тебя ж, у Мерина, с этим, жаль, умеренно" "Это– bread сивой кобылы! Вот приму лошадиную дозу, закушу удилами и покажу тебе лошадиную силу" "Не в коня корм– съязвила Кобыла. Вон Пони в попоне ест всего понимножку" "Одарёному коню в зубы не заглядывают!" "Укатали сивку крутые горки!" "У кота ли..?– встрял кот. Здесь и конь не валялся. Старый конь в пальто борозды не испортит, не испортив при этом воздуха. Впрочем, конь о четырёх ногах и тот оступается– заступился он за мерина. Зато у тебя есть бабки. А тебя, я смотрю, жаба душит"– обратился он к кобыле, увидев сидящую на ней жабу. "Жаба с возу, кобыле легче. Она– не пришей кобыле хвост. И ваще, когда коту делать нехрен, он себе яйца лижет, чтоб блестели. Я пашу на пашу, как лошадь, а меня тут всякие оскорбляют" "Шершень ля фам"– прожужжал Шершень. Гости скандировали: "Покуда едим мы– мы непобедимы!" Сморкалось. Включили иллюминацию из сверкающих пяток, блестящих яиц кота и Искрамётных статей. Такса покинула банкетный зал и вызвала такси. За рулём машины сидел таксидермист Лео Таксиль. "Довезите меня до площади Таксим в Стамбуле– попросила у него Такса. Вы случайно, не таксикоман? – А то я дрожу за свою шкуру" "Так-с!– сказал водитель. Будете оскорблять; повысим таксу! Развелось вас, как собак нерезаных" Самочувствие Таксы было так "сибе" А им навстречу Кефаль в авто спешила в автокефальную церковь. По дороге вела попадья вола, ругая (дьявола) Вол тянул волынку, а попадья пела: "В Елабуга я вела бугая. Водой из Буга я поила бугая" и "В такую шальную погоду нельзя доверяться, Вол, нам" Вела дева льва Ция. Мимо ехал на осле П. и вдруг ослеп. Повод ослабил; им он осла бил так, что осёл осел. Бороду Зубр брил и урок зубрил. "Бык не потребитель; бык производитель!" – ревел бугай, занимаясь коровосмешением. Я ж здоров, как бык. "Что в вымени тебе моём? Сперва женис* на мне, а уж потом лапай, как курица!"– возмутилась Тёлка* "Я ваш* моя Божья коровка*– воровка!" "Ты какой-то, му-у, сонный и немного муссонный. И весьма необычен, хоть слегка и набычен. Что ж, любовь добра; полюбишь и Бобра!"– вздохнула дойная по/стельная корова, обращаясь к быку, коего и след простыл. Его, как корова языком слизнула, взяв быка за рога. "Бодливой корове бог рог не даёт. Бог всё видит и шельму метит. Впрочем, они смотрятся на ней, как на корове седло. Любовь з/ла, полюбишь и козла… отпущения"– вздохнула Сидорова Коза-дереза. "Не-е, любовь слепа; полюбишь и клопа!"– думала в это время вошь в коровьей шерсти" "Любовь чиста, полюбишь и глиста"– возразил клоп– циклоп. Глист: "Любовь плоха, полюбишь и блоха. А при ловле блох должна быть спешка. Впрочем, быстро только кошки родятся, кои знают, чьё мясо съели" "Вы же вши из ума выживши"– промямлила корова. "Как хорошо, что коровы не летают!"– констатировала вошь. "Они нет, а мы, медведи да. У нас есть даже Рой Медведев"– торжественно заявил Михайло Потапыч. "И мы, ЯКи, тоже летаем"– сказал Як Йола… На кладбище хоронили двух зайцев, убитых одной пулей и подстреленных на мякине воробья и утку жёлтой прессы. Кобель подошёл к обелиску и толкнул речь… посполиту. Та упала вместе с памятником. Все плакали от умиления, пуская голубков мира… Такса очнулась ото сна и с набережной увидала, как турок, сельдь, жук вели корабль– приз/рак туда, где в местах не столь отдалённых Макар не пас телят и где получил Лев "лещ" щенка. А по берегу, не отставая, бежала рысью Рысь. У Таксы по коже побежали мурашки. И она стала рвать когти, но, до свадьбы соек, что шла в Малиновке, это заживёт. Свадебным генералом там был орёл Орёл из Орла; важная птица. Он играл в орёл и решку, и взял под своё крыло переезжую сваху и соломенную вдову. Сваты бы сделаны с ваты. Почётными гостями были посол Пряный, акулы пера и бизнеса, жирные коты, коалиция коал, оператор мышиного доения, а также кроткий крот, евший свой crotte; он же– taupe secrète (топ секрет) Орёл сказал: "С синицей в руке можно ловить и журавля в небе, и синюю птицу. Так сказать; и волки сыты, Иов, цыцелы" Все с ним согласились. *Новости пасеки. Пчёл поймали на взятке, но вскоре отпустили, так как взятки были гладки. А в их улье царила эпидемия бешенства… матки. Вместо того, чтобы кормить подрастающее поколение маточным молочком, пчёлы им скармливают пыль Цу, что бы тем детство мёдом не казалось. А нужно было наоборот, ихними бы устами да мёд пить. *Была у Мышонка мошонка, у Пятачка пяточка, у Колобка два лобка, у Кобчика копчик, у желудя желудок. Жучок-мужичок имел мозжечок.

Плотское

Сердце зашло по звонку в кабинет к боссу Позвонку и настучало в компетентные органы на лёгкие, что те лёгкого поведения и неровно к нему дышат. "Не мягкое место (откуда ноги растут, а иногда, и руки) и тем более не причинное, красят человека. Вчера, наш всеми уважаемый член… месткома пришёл на бровях (что ногам наруку; брови не подвели), и провалился в половую щель. Он поднял руку, но ему руку дружбы подали, и он, взяв себя в руки, вылез оттуда. Поначалу, он путался под ногами, лез из кожи вон, но затем подвернулся под руку и вновь стал полезным членом общества. Спешу также уведомить, что праздники на носу, а нос– альбинос Таль Гии повесил себя от ностальгии и потерял нюх; клюёт носом и поёт себе под нос: "Нос урово брови мы (в) носу пим, если враг захочет нос сломать" А от Нострадамуса сбежал его нос, и господин …традамус от этого очень страдамус. Он не может показаться в свете и даже в темноте без своего шнобеля. Иначе говоря, он остался с носом, хотя держал нос по ветру и знал откуда ветер дует. Он хотел найти свой нос; кровь из носу. Когда нос всё-таки поймали (нашли его в табаке; он был сыт и пьян); он сказал в своё оправдание, что всегда и везде сопровождал хозяина и даже водил того за собой, т.е. за нос, но тот вёл себя заносчиво (за нос чиво!?) Где только господин Нострадамус с ним не ездил; даже по ушам дам, и носу это надоело. Геноссе нос написал донос, что его ущемляют и прищемляют. Что его подруге, любопытной Варваре, на базаре нос оторвали, т.к. она его всюду совала. К примеру; в рис совала и рисовала. А они готовились к "нос" (noce– свадьбе по-французски) Он добавил, что у его руководителей длинные, загребущие, но умелые, золотые руки по локоть в крови, и что рука руку моет, т.к. своя рука владыка. У них там круговая порука и чувство локтя. Им всё сходит с рук, им развязали руки, которые были связаны, т.к. руки до них не доходили. Они носят друг друга на руках, не покладая рук. И это из рук вон плохо! Им нужно держать себя в руках, а не распускать руки. Уж лучше бы эти мастера на все руки взяли их на поруки, а не кусали себе локти, заламывали руки и умывали их. Как-то нос попал под горячую руку, вернее ручку (кто-то её, видно, подогрел и позолотил), и ему бы щёлкнули и дали по носу, утёрли нос и зарубили бы на носу, наложив на него руки, если бы он не дал на лапу Эскулапу. Тот приложил к этому руку, и они ударили по рукам и удовлетворённо потёрли руки. Но оказалось, что у них руки коротки. Получив же по рукам, руки отбились от рук и, собравшись на скорую руку, ушли к кулакам. Они думали, что попали в надёжные руки, но их опустили. Кулаки же заболели чесоткой; так и чешутся. Собрав волю в кулак, они обратились к дерьмотологу, что жил в городе, до которого рукой подать. Тот им выписал по первое число (задним числом) И, как рукой сняло. Он наказал кулакам и рукам воли не давать. А после драки, как известно, кулаками не машут. Теперь чуть что; кричит: "Это всё рука Москвы! Руки вверх! Руки прочь! Мы им покажем, где руки зимуют!" Я же считаю, что добро должно быть с кулаками, а скула Чена, величиной с кулак, должна быть раскулачена. Зря, вот, только нос вздёрнули. Впрочем, он выглядит вполне сносно, даже поёт: "Не вешать нос, гардемарины!"… Завидущие глаза смотрят по теле-сам в теле Изи оные передачи из Глазго. За ними нужен глаз да глаз. Впрочем, они и так уже глубоко посаженые. А уши, притянутые за уши, стоят на ушах, слушают вражеские голоса (чьими бы устами да мёд пить), о'рганную музыку, наушничают и занимаются у-шу. Они забывают, что стены имеют уши. Если раньше были уши/блины, то теперь ухо/жены. Но это всего лишь показ/уха. Ротмистр Рот до ушей, по уши влюблённый, им пел: "Я ухо/дил когда в поход в далёкие края, рукой взмахнула у во/рот…" Ему приказали: "Держи рот на замке, ухо в/остро/ге, а ушки на макушке, чтобы в одно ухо зашло, а в другое вышло. Ухо/дя ухо/ди! И дали оплеуху. Вопли уха были нестерпимы" …Евреи Капилляры, что когда-то жилы у нас, не найдя применения своей хозяйственной жилке, эмигрировали в Вену, где им предоставили кров/ь. Они открыли фирму "Но'га" на улице Мга– стрит и занялись контрабандной торговлей икры ног, ячменя под глазом, молочными зубами, железом желез, суши с суши размером с уши и билирубинами. Ноги, их боссы. Нет, не босы, а боссы. Они на них гнут спину и как-то под пресс ступни кинули. Они преступники, нули! Так же, как и рот Шильды. Раньше я жило на широкую ногу, и было с ними на дружеской ноге, но теперь ноги моей больше у них не будет! Не позволю вытирать о себя ноги! В буржуйских ногах, как известно, "Правды" нет. И "Искры" тоже. Но сегодня нога Леры их отправит на галеры. Рабочий рот, который оказался лишним и был полон забот, совершил октябрьский переворот. Он поёт: "Смело, товарищи, в "Ногу" Ухом окрепнем в борьбе" и выкрикивает с пеной у рта лозунги, типа, "на чужой каравай рот не разевай" и "на всякий (пролетарский) роток не накинешь платок" Теперь пролетарская сорвиголова на плечах живёт без царя, и несётся, сломя голову, куда глаза глядят (и куда ж они глядят?) Видать ей моча в голову ударила, и она теперь ставит всё с ног на голову, стоит на голове, ходит по головам и валит всё с больной головы на здоровую, потеряв при этом голову. Ногам же от этого покоя нет; бегают, одна нога здесь, другая там, сбились с ног и делают ноги, поняв, что пора их уносить. Нужно по одёжке протягивать ножки Буша, не протянув при этом ноги. Иначе от нас останутся рожки да ножки. ....Пусть всегда будет нёбо! Пусть всегда буду я! И хватит мне приказывать! Сердцу не прикажешь! Помолимся же Тому, кто умер за нас на крестце! Нам любые дороги судороги!"...."
Tags: киж
Subscribe

  • Когда смешались в голове Цой и Янка

    [Ворошилов Сергей Семенович (до 1865-после 1911) «Волка загнали»] Опять стишками буду мучить :) По переулку мы вдвоем С тобой…

  • Turning Garbage Into Art

    Наткнулась тут на произведения художницы-инсталлятора, фотографа из Ванкувера Сары Квинар (Sara Cwynar). В творчестве мадам Квинар основное…

  • Next of Kin [1982]

    Действительно страшно, как оказалось. И страшно красиво. У главгероини Линды удивительное лицо: подчас ее не узнать, она всегда выглядит…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments